Арнольд Тулохонов: «Пока я не вижу великого озера и великой страны»

25 января прошло первое заседание в 2017 году рабочей группы при главе РБ по экологическим проблемам озера Байкал. Представители исполнительных органов власти, научного сообщества и общественных организаций Бурятии приступили к обсуждению и доработке федеральной программы «Байкал: великое озеро великой страны».
Об экологии Байкала, о проблемах и путях решения мы беседуем с известным учёным и общественным деятелем Арнольдом Тулохоновым.

 

Год экологии важен для Байкала

— Арнольд Кириллович, как в Год экологии власти подключаются к решению проблем Байкала?
— И для России, и для Байкальского региона 2017 год должен быть, если не решающим, то определяющим в тех проблемах, которые видны всем. Навскидку, они делятся на две части: 1. технические или финансовые; 2. имеющие отношения к общественности.
Технические решаются достаточно просто. Есть деньги — мы строим очистные сооружения, рубим лес или боремся с пожарами. И проблема отпадает. Вторая часть более сложная — это формирование экологического сознания и воспитания. У меня есть опыт работы именно в этом плане.
— Тогда несколько слов о реализованных проектах в этом направлении.
— Это Малая Академия наук, которая уже работает 40 лет. Начиналась она как Общественная экологическая детская организация. Нами был разработан цикл учебных пособий, которые были предназначены для дошкольников и школьников. Мы подготовили и издали энциклопедию «Байкал. Природа и люди», выпустили Атлас Байкальской природной территории, сделали серию настенных учебных экологических карт, создали Международный центр по экологическому образованию и воспитанию (с. Истомино, Кабанский район), которому уже 17 лет. Каждое лето мы собираем там детей, которым наши сотрудники преподают основы экологии. С 2004 года мы издаём научно-популярный журнал «Мир Байкала», который является единственным в системе Академии наук, предназначенным для детей. Вообще, это некие такие ступеньки, которые позволяют говорить, что мы строим цепочки для решения этой большой проблемы.
— Находите поддержку своим проектам?
— К сожалению, ни у общественности, ни у правительства понимания пока нет. Много говорим, но ничего не делаем. Свои проекты финансируем из собственных средств. Без правительственной поддержки мы растиражировали энциклопедический справочник для школ и наших гостей. К сожалению, сегодня и этого не хватает. Существует колоссальная потребность в этом издании, но возможностей для дополнительных тиражей пока нет. Под угрозой закрытия находится журнал «Мир Байкала», который выходит с 2004 года. Сегодня в газетных киосках можно про всё почитать, кроме темы Байкала.

Богатства или ресурсы?

— Как вы в целом оцениваете государственные подходы к Байкалу?
— У государства есть три рычага влияния — кнут, пряник и сознание. Кнут — это законы, которые в отношении Байкала сегодня не работают. Пряник — это финансирование, которого нет. И сознание, которые мы должны формировать с детства, что всё вокруг — это не природный ресурс, а природное богатство. Если мы посмотрим постановления ЦК КПСС, начиная с 1969 года, то первые постановления назывались «Сохранение природных богатств». В рыночное время богатства переименовали в ресурсы. Русский язык богат — мы думаем, что это одно и то же, на самом деле это не так. Богатства принадлежат народу, а ресурсы принадлежат кому-то. Если мы относимся к Байкалу, как к ресурсу, то у нас и подходы, и перспективы соответствующие.
— Возможно, ли поменять это отношение?
— За четыре года работы в Совете Федерации я пытался много раз изменить законодательство в пользу людей, живущих у Байкала. Я считаю, что надо использовать озеро для того, чтобы люди, живущие вокруг него, были намного богаче, потому что это есть наше национальное богатство. С тем законодательством, которое у нас есть, эти проблемы решить невозможно.

Законы нарушают конституционные права

— У населения прибрежных территорий очень низкий уровень качества жизни. На ваш взгляд, какие первые шаги нужно сделать, чтобы улучшить ситуацию?
— Изменить тарифы на энергопользование. Если жители ЦЭЗ получат льготный тариф, то появится какой-то мотив, какое-то преимущество, а не запрет. К сожалению, у нас очень много механизмов запрета и нет механизмов поощрения. Даже вокруг атомных станций энерготариф меньше, это в любой стране, в любом регионе. В конце концов, это плата за риск жителям — плата за то, что они там живут. И всё это мы можем включить в проект «Байкал: Великое озеро Великой страны».
Пока я не вижу великого озера. Нет пока и великой страны. Но если мы хотим, то мы должны реально сделать и нашу страну, и наше озеро великими.
— Что необходимо менять в законах, чтобы они работали на людей?
— Первое — сегодня в Центральной экологической зоне (ЦЭЗ) запрещена приватизация земель. То есть жители, имеющие там жилье, не могут его приватизировать. А это прямое нарушение Конституции, в которой написано, что все граждане РФ, независимо от места проживания, на Садовом кольце или в Бурятии, имеют одни права. Это законодательное противоречие, которое не позволяет нашему Росреестру выдавать разрешение на приватизацию земли в ЦЭЗ. Из этого следует, что жители прибрежных территорий не могут получить землю на строительство. В том числе многодетные матери. Это второе нарушение законодательства. Третье — молодые специалисты, которые приезжают, не могут построить жильё. И так далее — нельзя расширять кладбища, нельзя строить дороги, нельзя строить заправки, а как жить дальше? Сегодня нельзя рубить лес, сгоревший в ЦЭЗ. И вот таких законодательных нарушений прав человека у нас множество. Нам очень много надо менять.

Что мы сделали для Байкала за 20 лет?

— Какие мероприятия федерального проекта «Байкал: великое озеро великой страны» вы считаете приоритетными?
— Во-первых, считаю, что в него необходимо включить те моменты, которые выпали из федеральных целевых программ (ФЦП). Было четыре ФЦП, которые не выполнены, и выполняться не будут. Вопрос почему, это вопрос отдельный.
Во-вторых, это наша общая идея с иркутянами и с главой Бурятии по созданию Мирового центра по изучению пресной воды. В-третьих, это проведение международной конференции или форума, который называется «Байкал — участок мирового наследия. 20 лет спустя». Что мы за эти 20 лет сделали? Какие гранты получили, что из них получилось?
Потому что подписание этого документа означало, что Байкал — это не собственность Бурятии, и ни Иркутской области, и ни России, а собственность международного сообщества. И, если это так, то международное сообщество должно вкладывать ресурсы, деньги, влияние, авторитет, технологии для того, чтобы сохранить Байкал для мирового сообщества. К сожалению, ни того, ни другого, ни третьего нет. Сегодня у нас много лозунгов, много пожеланий, много участников, но ответственных нет и результатов нет.
— Каким вам видится дальнейшее международное сотрудничество?
— Хотел бы повторить путь, который мы начали в 90-е годы вместе с нашим известным учёным Сергеем Герасимовичем Шапхаевым, по организации и проведению крупных международных конференций. Первая называлась «Человек у Байкала». Почему в 90-м? А потому, что тогда открылся железный занавес, и к нам поехали туристы, в том числе иностранцы.
В 1994 году совместно с академиком Коптюгом (Валентин Афанасьевич Коптюг — вице-президент РАН с 1980 по 1997 гг.) провели конференцию «Байкал, как объект международного сотрудничества». В 1998 году — «Участок мирового природного наследия». После этих событий к нам и гости поехали, и туризм начал развиваться. Я считаю, что без таких имиджевых событий, мы никогда не встанем на ноги. Надо возрождать эти традиции международного сотрудничества.
Сегодня мы встали перед проблемой — что делать дальше? Поэтому я выступил с инициативой, чтобы провести под эгидой Совета Федерации РФ, правительства РБ конференцию «Байкал как участок мирового природного наследия. 20 лет спустя». Мы должны собрать всех и определиться — что сделано? А всё ли выполнили? А почему не выполнили? Кто в этом виноват? И главное, не просто итоги подвести, а перспективы нарисовать, что дальше.

Бессмысленно строить очистные

— Одним из факторов угрозы для Байкала экологи считают отсутствие или низкое качество очистных сооружений. Какова ваша точка зрения на эту проблему?
— С моей точки зрения, строить очистные сооружения бессмысленно и неэффективно. Нужно думать о полях фильтрации. Всё-таки отходы мы должны либо вывозить, либо делать из них какие-то полезные вещи. Учитывая, что мы живём в таком климате, где зимой всё замерзает, очистные сооружения работать не будут. Это всё сделано для европейской части, у нас должны быть иные подходы. И мы в настоящее время стоим перед этапом изменения механизма природопользования.
— Что вы можете сказать по теме лесных пожаров, которая жарко обсуждается в последние годы?
— Совершенно открыто хочу сказать, что пожары в Бурятии — это следствие принятия Лесного кодекса и запретов главных рубок на Байкале. Сегодня у леса нет выхода — ему либо сгореть, либо быть срубленным. Срубить нельзя, значит сгорит. Не сгорит, значит срубят. Чтобы этого не было, нужно менять правила, менять законодательные акты.
При этом, устанавливая правила игры, власть должна слышать население. Надо включать принцип прокладки тропинки через газон, и дорожку делать там, где ходит человек, а не там, где стоит забор. Мы много раз ставили заборы, заборы эти не решают поставленных задач.

Население против федерального правительства

— Что можно сделать в этом направлении?
— Поднимать народ! Мы упускаем инициативу местных жителей. И наше население стало противником всех мер, которые принимает наше федеральное правительство. Я уже неоднократно говорил, что у нас нет конкурса на лучшее поселение. У нас нет конкурса на худшее поселение. В детстве мы все сдавали макулатуру и получали за это призы. Я говорю, давайте, вот соберёт школьник 10 тонн мусора — ему мотоцикл, соберёт 100 тонн — машина, можно же что-то придумать…
Сегодня мы можем любого школьника отправить в Артек. Собери мусор, сдай его, и мы сделаем тебя национальным героем. Нужно вдохновлять людей, и для этого нужен механизм морального поощрения конкретного человека.
— А что вас вдохновляет столько лет заниматься проблемами озера? И что для вас Байкал?
— Байкал это мой дом. Я каждый раз говорю, как можно было придумать закон «Об охране озера Байкал»? Я всегда спрашиваю, от кого его охранять? От меня? От местных жителей? Вот богатый русский язык позволяет путать многие понятия. В первом варианте закона, который я делал, было два названия «Об устойчивом развитии Байкальского региона» и «О сохранении озера Байкал».
— Как бы вы прокомментировали работу первого заседания рабочей группы при Главе Бурятии по экологическим проблемам озера Байкал?
— Согласен, что такие вещи должны обсуждаться и с наукой, и с исполнительной и законодательной властью, и с общественностью. Эти четыре вектора должны иметь одно направление. Пока у нас нет одной точки видения проблемы. Нам надо её искать. Для этого очень мало времени. Вместе с тем, мы должны усилить вектор нашего веса. Надо понимать, что мы выражаем интересы не только Бурятии и Забайкальского края, за нами ещё стоит Монголия. И эти вопросы надо обсуждать с Иркутской областью. Это интересы и Федерального центра, и Байкальского региона в целом. На первом заседании была только информация к размышлению, а выводы должен уже делать каждый из участников.
— Есть у вас надежды на результативность работы этой рабочей группы и федеральной программы в целом?
— Надежды всегда есть, были, и возможно, будут.

Лариса Бочанова

Справка

Программа «Байкал: великое озеро великой страны» создаётся в рамках приоритетного направления «Экология» по итогам решения принятого 31 августа 2016 года на заседании президиума Совета при президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам. Программа рассчитана на 2017-2025 годы и предполагает объединение существующих госпрограмм по Байкалу и включение региональных финансовых ресурсов, а также частных российских и международных инвестиций. Целью проекта является построение единой системы управления озером Байкал для экологического и экономического развития Байкальской природной территории.

Смотрите также:

1 Комментарий

  1. Татьяна Жилина:

    Полностью поддерживаю, что в деле спасения Байкала нужно работать на международном уровне, должны работать профессионалы международной коалиции. Нужны системные исследования взаимосвязи проблем — бассейн водосбора Байкала, ГЭС, карьеры, торфяники, фосфор и азот, пожары и засуха, вырубки и т.д.
    А пока, у каждого своя правда о спасении Байкала, точка зрения каждого ценная и нуждается в детальном рассмотрении и финансировании. Каждая тема спасения с богатым содержанием. Нет того, кто мог бы подняться над проблемой и увидеть системообразующую, которая обозначит приоритеты и значимости для принятия достаточно достоверного решения. Нет видения горизонтально-вертикальной связи. Над этим надо работать и серьезно.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.