Михаил Гергенов: «Надо сокращать все республиканские органы власти на 20-30%»

Михаил Гергенов

Михаил Гергенов

В республиканском парламенте Бурятии после летних каникул открывается новый политический сезон. Очередная сессия намечена на 22 сентября. Скорей всего, в процессе работы Народного Хурала РБ будет вновь рассматриваться вопрос о возможном сокращении численности этого представительного и законодательного органа. «Байкальская правда» спросила мнение на этот счет у известного депутата Михаила Гергенова.

— Михаил Денисович, как вы относитесь к идее сокращения депутатского корпуса Народного Хурала?

— Я против сокращения численности Народного Хурала Бурятии. Дело в том, что такие попытки предпринимались и раньше. Сокращали число депутатов с 70-ти до 66-ти человек. В настоящее время 66 депутатов для республики с численностью населения почти в 1 млн жителей это вполне оптимальное число депутатов. Примерно получается, что один депутат приходится на 15 тыс. жителей. А если считать только тех депутатов, которые прошли по одномандатным округам, то на одного такого депутата приходится почти по 30 тыс. избирателей. Соответственно при дальнейшем сокращении числа депутатов работать с увеличившимся числом избирателей будет практически нереально. Соответственно увеличится количество нерешенных проблем.

Депутат Стопичев предлагал провести сокращение Хурала на 20-30% за счет партийных депутатов, то есть тех, кто прошел в Народный Хурал по партийным спискам. Может это и правильно, так как часть этих депутатов пришли в республиканский парламент непонятно по каким схемам, исходя из неизвестных заслуг. Однако, если рассматривать  это предложение о сокращении численности Народного Хурала, чтобы снизить, скажем, нагрузку на бюджет в тяжелое кризисное время, то надо исходить из общего сокращения численности всех органов республиканской власти. Тогда эффект будет значительно большим. А какой смысл сокращать только Народный Хурал? Это нецелесообразно.

— Действительно, численность правительства значительно превышает численность представительного органа.

— У нас в республиканском правительстве работает более 1 тыс. человек, может быть даже около 2 тыс. человек. Причем есть еще различные правительственные структуры, например, различные фонды. Их достаточно много. Например, Фонд регионального развития (ФРР), который все-таки получает из бюджета почти 30 млн руб. Мы запрашивали этот фонд, кстати, с моей подачи, по раскрытию их расходов. Они так и не раскрыли их.

Есть ощущение, что тот же ФРР дублирует некоторые функции Министерства экономики Бурятии. Возникает вопрос, зачем нам тогда само Минэкономики? Чем занимается Минпром Бурятии? Почему эти профильные министерства не создают новую Стратегию развития республики, а передали разработку этого важного документа новосибирским ученым? 

Думаю, что если сократить правительство, то этого сокращения никто и не заметит. Как зайдешь в правительство, так там особо никого и нет, коридоры пустые. Можно их сократить и собрать всех в одном здании. В советское время и правительство, и мэрия Улан-Удэ находились в одном здании, а промышленность по объемам тогда была более масштабной, чем сейчас. 

— Как вы считаете, почему появилось такое стремление сократить Народный Хурал?

— Депутаты это публичные люди, которые работают напрямую с избирателями. Среди них, особенно среди тех, кто прошел по одномандатным округам, нет случайных людей. Они, получая наказы от избирателей, запрашивают структуры исполнительной власти, заставляют их работать, выступают с критикой. А кому нравится критика? Обычным людям очень трудно дойти до ответов, плутая в бесконечных лабиринтах  коридоров власти. Нам, депутатам, получается помочь нашим избирателям. 

В министерствах же для публичных заявлений завели пресс-секретарей. Теперь лишняя морока найти этих пресс-секретарей для комментариев по тому или иному вопросу. А в Хурале одна пресс-служба на весь депутатский корпус. При этом не сказать, что деятельность министерств стала более открытой и прозрачной. 

Мы знаем, что у главы Бурятии семь заместителей, примерно столько же помощников и еще столько же советников. Зачем столько? Неужели глава Бурятии передает им часть своих дел?

Наш председатель Хурала Доржиев Ц.Э. рассказывал, что когда он работал директором совхоза в родной Еравне  к нему 1 января приехал тогдашний председатель правительства Бурятии Саганов В.В. с одним водителем, попросить его подумать о руководстве района. В свой выходной без никаких помощников и громоздкой, отпугивающей людей свиты. Смотря по телевизору встречи наших руководителей республики с народом, думается, что излишняя официальность, даже можно сказать помпезность, мешает делу, которое забалтывается, а не решается. Слишком тяжким бременем лежит наша власть на плечах народа.

— А сколько помощников у вас, как у депутата?

— У депутатов по 2-3 помощника. У меня их двое: один на Машзаводе, другой — на Кирзаводе. Оба они ведут большую работу на этом обширном избирательном округе. Обращения о помощи поступают каждый день. Как депутат, я получаю около 40 тыс. руб. на возмещение депутатских расходов. Однако трачу на свой округ значительно больше — около 100 тыс. руб.

Думаю, есть возможность сэкономить на депутатских возмещениях партийных депутатов, которые не ведут активной работы на одномандатных округах. Собственно им и отчитываться то не перед кем. Помню, как Арнольд Тулохонов, когда прошел в Народный Хурал по партийному списку во время одной из сессий спросил у председателя Народного Хурала Матвея Матвеевича Гершевича о своем отчете. Он подготовил отчет о своей депутатской деятельности за год, и интересовался, перед кем он должен отчитаться. Матвей Матвеевич тогда сказал, что отдельно с ним поговорит.

В Хурале всего 14 депутатов из 66 работает на постоянной основе. Мне кажется это немного. Я все три созыва работаю фактически на одном и том же округе на не освобожденной основе. Я знаю много других депутатов — одномандатников, которые добросовестно выполняют  свои обязательства перед избирателями.

Подготовил Тимур Дугаржапов

Смотрите также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.